|
|
| Убить эмо (81-88) |
|
|
Еще как трусила. Мне все казалось, что в спину кто то уставился. Обернусь – никого. Одни пустые оконные глазницы.
Кирилл быстро сориентировался и вычислил, где был въезд на территорию военного городка. Одной створки ворот не было, вторая красовалась облезлой пятиконечной звездой. Которую мы захотели оторвать на память, но не смогли.
– Ты точно не хочешь заночевать здесь?
– Ни за что! В лесу приятнее. Хоть там и звери шастают.
– Да ну. Я ни одного не видел.
– Я тоже, но ночью все время кто то ходит. Я сама слышала. Кто то маленький. Он топает и шуршит. А иногда ветки хрустят. Значит, есть и большой. Он еще дышит громко.
– Надо бы покараулить…
– Я тебе покараулю! Кроме того, не забывай, мы теперь от них далеко.
К ночи мы немного прошли по дороге, сделанной из бетонных провалившихся плит. Выбрали ночлег на месте, где у солдат была спортивная площадка. От которой сохранилось подобие поляны. С одними ломаными воротами для футбола.
Кирилл снова нарезал еловых веток. Под которые мы забрались, как и в прошлую ночь.
– Надо было поискать что нибудь для воды. Не может быть, чтоб в части ничего нужного не осталось.
– Кирилл, не хочу я обратно. Давай лучше завтра дальше пойдем. Наверняка скоро нормальная дорога будет. Или вдруг машина пойдет. Все таки следы от колес мы видели.
– Может, это охотники. Или лесорубы. Ты что то жуешь! – уличил меня возмущенный Кирилл.
– Хвоя. От навеса отщипываю и ем. Если долго жевать, они вкусные. Хочешь, попробуй.
Положив еловых иголок себе в рот, Кирилл начал мрачно чавкать.
– Гадость гадостью, – заметил он и оторвал еще порцию.
Потом мы замолчали, думая каждый о своем.
– Когда вернемся в цивилизацию, я непременно сначала отмоюсь, а потом съем…
– Что?
– Целую куру. С хлебом и картошкой.
– А мне? – обиделась я, будто он уже в одно лицо стрескал кучу еды.
– Ты меня любишь?
– И что, кроме себя, ты ничего предложить поесть не можешь?
– Я, оказывается, очень тебя люблю. Я и раньше знал, что люблю, но только теперь понял насколько.
– Так что с курицей? – смущенно переспросила я.
– Ты не ответила.
– Про куру?
– Про меня.
Пришлось ответить. Он поцеловал меня синими от черники губами. Словно боялся спугнуть. А потом мы притиснулись друг к другу и крепко заснули.
|
|
|
|
