– В зимние каникулы было еще две смерти. Грише удалось это замять, и информация не просочилacь. А то газетчики подняли бы столько шума, что до Москвы донеслось бы! Но в том деле никаких упоминаний Дарка не было. Единственное, что дети написали на стене ванной кровью следующее.
Савелий Иванович встал, достал еще одну папку из своей сумки, раскрыл ее и четко прочитал:
– На стене ванной было написано: «Мы вечно будем вместе, если улетим на небо в один миг». А вот это из дневника Иры: «… мы вечно будем с Кириллом вместе на небе, если улетим туда в один миг». Возможно, и это просто совпадение. Но это были тоже эмо киды. Не находишь, что слишком много совпадений? Итак. Кирилл, повторю свой вопрос: кто такой граф Дарк?
– Я не знаю, – тихо ответил тот, не поднимая головы.
– Это твой окончательный ответ? – сухо произнес Савелий Иванович.
– Я ничего не знаю об этом человеке, – упрямо повторил Кирилл и поднял глаза. – Я впервые слышу это имя.
Савелий Иванович нахмурился.
После длительного молчания, во время которого он изучал лицо Кирилла, откинувшего челку и смотрящего ему прямо в глаза, сказал:
– Знаешь, чтобы понять суть происходящего, необходимо проникнуть в систему. Я часами сидел в Интернете, читал дневники эмо кидов, статьи о этой субкультуре и кое что начал понимать.
Брови Кирилла приподнялись, на лице появилась скептическая улыбка.
– Что, думаешь, нотации тебе читать собираюсь? – усмехнулся Савелий Иванович. – Это не мое дело. Но общее направление довольно четко прослеживается. Пессимизм, возведение в культ страданий от неразделенной любви, уход во внутренний или виртуальный мир от реалий жизни, нежелание взрослеть, пассивность. Я прав?
– Эмо вовсе не пессимисты, – возразил Кирилл. – Это стереотипы. Мы свободно выражаем эмоции, у нас нет этой зажатости, как у вашего поколения. И эмоции самые разные, это и радость, счастье, а не только грусть.
Вас учили, что мужчина должен быть сдержанным. В чем то да, согласен. Но почему я должен себя сдерживать, когда хочу выразить девушке свою любовь? Вот вы наверняка забыли, когда дарили своей жене цветы. Причем просто так, а не на 8 Марта.
Савелий Иванович вскинул брови и тихо засмеялся.
– Хотите вы признаться в любви – признавайтесь! – не обращая внимания на его смех, продолжил Кирилл. – Хотите выразить свою нежность – выражайте без оглядок на то, что должен делать мужчина, а чего нет. И это вовсе не слабость, как вы все думаете, а искренность. Вот суть эмо. Вот вам и вся система!
Кирилл, когда говорил эти слова, начал волноваться. Его лицо раскраснелось, на лбу и над верхней губой выступили капельки пота.
|
